Вспомним, как мы реагируем на неожиданную трудность, будь то опасность, необычная работа, препятствие. Наш организм совершенно интуитивно "группируется": мы стараемся сжаться, уменьшиться в размерах. Первая встреча с карандашом, авторучкой и бумагой для ребенка - это и трудность, и опасность, и препятствие одновременно, как, впрочем, и чтение книги тоже. Поэтому, когда он впервые пробует рисовать или писать на первом же попавшемся листке или читать книгу, он тоже как бы сжимается: низко-низко наклоняет голову. От усердия даже язык высовывает и рисует, пишет, читает, как бы "ползая носом" по тетрадке или учебнику. Но в том-то и вся загвоздка: такая манера чтения или письма весьма трудоемка. Одно дело, если ребенок работает в такой позе не больше часа, и совершенно другое - если по нескольку часов кряду и каждый день. Ведь учеба есть учеба.
     Подсчитано, например, что шестилетний или семилетний ребенок за несколько часов, проведенных над книгами и тетрадями, нагружает мышцы глаз пропорционально в такой же степени, как он нагрузил бы другие мышцы, занимаясь столько же времени штангой. И в том и другом случае происходит перегрузка мышечного аппарата.
     Но это еще не все. Удивительная способность детского глаза видеть "объект зрительной фиксации" на недопустимо низком расстоянии делает плохую услугу ребенку и в другом отношении. Эта поза с низко склоненной головой в дальнейшем более чем у двух третей ребят становится устойчивой настолько, что попытки исправить ее волевым порядком ("Сядь прямо!") ни к чему не приводят.